Так получилось, что я: работал посудомойщиком в ЦТП «Манас»

1
3861

Айкокуль Ибраева продолжает рассказывать о людях, которые являются представителями различных профессий и сфер деятельности. Второй выпуск рубрики “Так получилось, что я:” посвящен Канату Шамшидинову, который три года проработал в Центре транзитных перевозок «Манас» и прошел путь от простого посудомойщика до менеджера персонала.

[quote_box_center]Приносим свои извинения, имя героя статьи изменено. [/quote_box_center]

Американская военная база Ганси или Центр транзитных перевозок “Манас” просуществовала в Кыргызстане около 13 лет  ― с 2001 по 2014 год.

Обслуживающий персонал базы состоял полностью из кыргызстанцев, которые получали высокую зарплату по меркам нашей страны.

Официанты и электрики покупали машины и участки, а на столе у таких «счастливцев» стабильно стояли печенье Oreo и мороженое Baskin Robbins, а простые Айки и Бемы всем на зависть выходили замуж за американских военных Джонов и Майклов.

Рассказ ведется от лица Каната Шамшидинова.

Мне было 18, когда я устроился на базу. Я только окончил школу — расцвет сил, недостаток денег — стандартный набор. Закинул скудное резюме в компанию, сотрудничающую с ЦТП, прошел собеседование и стал ждать.

Спустя четыре месяца мне позвонили, пригласили подписать контракт и обещали выдать рабочую одежду. Позиция называлась «Mess attendant », но я даже не вслушивался и не вчитывался, а просто подписал трудовой договор.

В первый рабочий день я встал в 5:20 утра, волновался, ждал рабочий автобус. По прибытию мне показали рабочее место, дали пару перчаток, пару мочалок, моющее средство и сказали: “вперед”. Был ли я неприятно удивлен? Ха-ха! Я хотел сбежать.

Об адском труде

Работал двое суток через двое: с 7:30 утра до 19:30 вечера. Два часа на отдых, энергетик и 10 часов непрерывной мойки посуды. Ночные смены были адскими. Спать было запрещено. Каждый раз когда я приезжал на работу, я говорил себе что завтра уволюсь.

В дни прилета солдат, через столовую могло пройти около двух-трех тысяч военнослужащих за смену. Обслуживало их человек 15.

Представьте ― лето, жара, все плавится, а у тебя семь холодильников с прохладительными напитками. Заполняешь их часа два-три, таскаешь со склада ящиками колу. Тут прилетает самолет из Афганистана, и солдаты сметают абсолютно все  за 10-20 минут. И заново все таскаешь и заполняешь холодильники. Это было нескончаемо.

Таким образом, я простоял «на посуде» два месяца. Еще два месяца я был уборщиком в зале столовой.

В один прекрасный день мне показали объявление о наборе в офис маркетинга. Одна позиция. Это был шанс свалить из столовой, и я добился того, чтобы меня взяли.

Начал простым координатором, сначала младшим. К концу работы на базе я уже всецело знал работу менеджера и был его заместителем.

О кражах

Однажды я заметил, как пара парней пытались быстрее управиться со своими делами, чтобы скорей уйти в раздевалку. Я пошел за ними. Так меня посвятили в тайное общество обворовывания американского государства.

Делали это следующим образом: на скамейку стелили пищевую пленку в несколько слоев и на нее раскладывали батончики «Сникерса», «Орео»  и прочие вкусняшки. Потом все это обвязывалось вокруг тела и таким образом выносилось за пределы базы.

Кто-то просто вез домой, кто-то перепродавал на Ошском рынке. У всех были разные цели. Я тоже пару раз брал вещи, принадлежавшие ЦТП, без ведома руководства.  Невозможно было не взять домой упаковку острых крылышек. Это был просто гастрономический оргазм. Если вы когда-нибудь ели настоящие американские острые крылышки, то вы меня поймете.

Уже позже я узнал, что «мутки» там были очень серьезные. Некоторые люди, таким образом, за пару месяцев купили себе машины. Воровали в основном полуфабрикаты: стейки, лобстеров, бекон, и многое другое.

К концу моей работы на базе, проверки на контрольно-пропускном пункте стали очень строгими. Путем проверок сумок и увольнений, американцам почти удалось остановить воровство. Но некоторые как-то все же умудрялись что-то да вытащить.

Об американцах

Американцы такие же люди, как и все мы. Видел разных…  И очень тупых, которые думали, что мы являемся частью России. И с очень умными общался. К примеру, мой начальник Джереми Рид. Очень крутой мужик. При запросе в Google его фото первое.

Иногда я думаю, что должен был родиться американцем. Мне очень нравится их “American fake smile”.  Вот идешь по ЦТП, и все тебе на встречу улыбаются, здороваются.  Начинаешь невольно улыбаться в ответ, и настроение поднимается само собой.

Ганси был своеобразным городом. Две большие улицы, четыре столовых, два кинотеатра, магазины, три развлекательных центра и один огромный спорт-зал с баскетбольной площадкой внутри. У нас даже свой мэр был. Праздники праздновались, как американские, так и кыргызские. Готовились специальные блюда, украшалась столовая.

Например, в День благодарения с утра и в обед на линии раздачи еды работали сами американцы. Весело было, когда один из трёхзвёздочных генералов ВВС США накладывал мне индейку. Вообще у них с этим просто. Не как у нас. Генералы стояли в очереди, как и обычные рядовые солдаты.

Ну и чтобы там не говорили, наркотики ЦТП не провозил, людей там не пытали. А то ходили слухи. Работа на базе была очень крутым опытом для меня, и я ни о чем не жалею.

О кыргызском менталитете

При мне был только один день открытых дверей ― когда накрывался длинный стол и приглашались родственники рабочих базы. В первый год работы я на него не попал, у меня был выходной. В последующие годы дня открытых дверей не было.

Наши люди падки на халяву. Сотрудники базы говорили, что энешки и эжешки пришли на пропущенный мною день открытых дверей со своими пакетами, чтобы унести побольше еды. Набрасывались на еду так, будто никогда не ели. Совестно это все…

Не все хорошо знали английский язык. Был как-то забавный случай. После обеда зашел военный в столовую и сказал: «I lost my wallet» (“Я потерял свой кошелек”). Один парень, протиравший столы ему ответил: «Ok, ok», улыбнулся и продолжил свое дело. Военный настойчивей сказал: «I lost my wallet here» (“Я потерял свой кошелек здесь.”). Тот ему:»Оh, ok. You are welcome!». Мы ржали до слез.

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Ya polnostju soglasna s Kanatom. Na dannyi moment ya rabotaju v Amerikanskoi Voennoi Baze v Afghanistane v sfere obslujivanie dovolno uje davno. I mne kak by skazat, nravitsya tut. Pust daje je u nih fake smile vse ravno kak by legche obshatsya s ludmi. Kogda ya edu v otpusk k nam v Bishkek ludi kakie to agressivnye, hmurye toka i umejut osujdat drugih. Chuvstvuetsya bolshaya raznisa.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here